Биология - Чезальпино, Андреа - Философ

09 февраля 2011


Оглавление:
1. Чезальпино, Андреа
2. Медик
3. Философ
4. Ботаник
5. Основные печатные труды



По словам одного из врагов его, идеи Цезальпина пользовались такой широкой известностью, что не только в Италии, но даже в Германии внушали к себе большее уважение, нежели изречения дельфийского Аполлона у греков. Цезальпин постоянно оставался аристотеликом или, вернее, перипатетиком, воспринявшим, однако, в своё философское учение некоторые позднейшие элементы. В истории философии установился тот взгляд, что Цезальпин преобразовал аверроистический аристотелизм в пантеизм. В этом смысле он признаётся одним из видных предшественников Спинозы. Своё философское учение он изложил в труде «Quaestiones peripateticae».

Основные положения его учения сводятся к следующему. Наше мышление отправляется от всеобщего; последнее выражается или в общих и основных принципах разума, или в общем представлении, которое слагается в нас благодаря показаниям чувств от соприкосновения с внешними предметами. Однако это всеобщее, познаваемое нами при помощи индукции, является лишь неопределённым и смутным целым, преобразующимся в отчетливое и ясное познание природы вещей лишь благодаря усмотрению различий.

Процесс определения понятий показывает нам, что такое субстанция, и приводит нас к противоположности между формой и материей вещей, а также к причине, объясняющей, почему субстанция такова, какова она есть на самом деле; но мы никогда не в силах доказать, что сущее есть на самом деле. Там, где мы не встречаем сочетания материи и формы, определение понятий не может иметь применения. Чистая форма не подлежит объяснению; она есть самое всеобщее и простое, сущее, которое не может иметь причины. Это одухотворяющее формирующее начало, этот принцип всех форм и есть Бог, первый и высший разум, а следовательно, первое, абсолютно чистое и простое действие. Эта первоначальная субстанция является источником первичной силы; она не имеет ничего общего с количеством и потому не может быть названа ни конечной, ни бесконечной; она не может быть продуктом чьего-либо творчества и не может действовать ради какой-нибудь определённой цели в собственном смысле этого слова, так как сама является конечной целью всех возможных целей, неподвижной самой в себе; она заслуживает безусловной любви. Но для того, чтобы божественное, или абсолютное, добро могло быть абсолютно желательным, должны быть ещё и такие субстанции, такие существа, который могли бы избирать его целью своих стремлений. Поэтому-то независимо от первичной субстанции есть ещё другие, существование которых сводится к ней и которые являются субстанциями лишь постольку, поскольку они сопричастны этому принципу одухотворяющей формы. В нём-то и коренится единство мировой системы.

Роды и виды существ вечны, одни лишь индивидуумы имеют преходящее бытие; несмотря на индивидуальную смерть отдельных существ, творческая сила первичной субстанции неиссякаема, творческий процесс вечен. Начало, одухотворяющее живые существа, проникает собою и всю Вселенную вплоть до её мельчайших частей; им же проникнуто и атомистическое строение косного принципа — материи. Частицы материи, наполняющие собой мироздание, квалифицируются Цезальпином различно с точки зрения их совершенства.

Градация устанавливается отношением к центру материального мира — к солнцу и небу как сфере последнего. В нём источник их жизни и движения. Небесного огня или источника тепла недостаточно ещё, однако, для образования жизни, хотя, по-видимому, процессы разложения материи порождают живые организмы, дотоле не существовавшие; заблуждением было бы предполагать, что одних материальных условий достаточно для такого самозарождения: без участия конечной движущей причины мира, без воздействия творческой формы никакая жизнь не мыслима.

В психологии Цезальпин является чистым спиритуалистом. Духовное начало человека резко различается им от душ других живых существ. Только человек обладает разумной, мыслящей и бессмертной душой. Действия его души не зависимы от тела; причинной связи здесь не существует. Соединяя все отдельные члены тела в гармоническое единство, душа является формой для тела. Не локализируясь ни в одной из частей последнего, она лишь проникает его собою. Если уже непременно желательно говорить о её седалище, то эта роль всего скорее может быть приписана сердцу, источнику движения и деятельности всего организма. Здесь средоточие нашей чувственности.

Чувственные образы, воспринятые нашей душой, не имеют пространственного протяжения. Познавая единое во всех вещах нашего внешнего опыта, а вечное и божественное начало — в нас самих, в недрах собственной духовной субстанции, мы приобщаемся к истинному блаженству Божества, которое, однако, лишь тогда станет нашим совершенным и неотъемлемым достоянием, когда в акте смерти наш интеллект отрешится окончательно от чисто человеческих черт своей деятельности и вступит в состояние чистого о себе бытия. Такими чертами характеризуется психология Цезальпина.

Допуская чудеса, как акты специального проявления Божества в мире естественных явлений, Цезальпин решительно отвергал веру в тёмные силы природы, в магию и волшебство, столь распространённую в его время.



Просмотров: 11611


<<< Фукс, Леонарт
Юнг, Иоахим >>>